Эта строка из басни Крылова «Щука» стала крылатой фразой, смысл которой заключается в том, что сделав вид, что виновные наказаны,

Эта строка из басни Крылова «Щука» стала крылатой фразой, смысл которой заключается в том, что сделав вид, что виновные наказаны, их освобождают от заслуженного наказания, тем самым потворствуя им в совершении новых преступлений.

В басне рассказывается, как глупые судьи («То были два осла, две клячи старые и два иль три козла»), послушав лукавую Лису-прокурора, которому подсудимая Щука, по слухам, регулярно доставляла свежую рыбку из пруда к обеденному столу, согласились наказать провинившуюся Щуку. И вот как звучал их вердикт с подачи Лисы-коррупционерки:

«Почтенные судьи! – Лиса тут приступила. –

Повесить мало. Я б ей казнь определила,

Какой не видано у нас здесь на веку.

Чтоб было впредь плутам и страшно, и опасно –

Так утопить её в реке».– «Прекрасно!» —

Кричат судьи. На том решили все согласно.

И Щуку бросили – в реку!»


На фотографии:Алексей Анисимов по своим морально-нравственным качествам - типичный представитель ведомства, утративший доверие Аллы Никоновой
Поговорим о наших «Щуках», которых бросили в реку, чтобы они и дальше могли безнаказанно пополнять статистику всё новыми и новыми жертвами произвола и беззакония, мастерски используя свой должностной ресурс, которым их наделило государство с целями.

Впрочем, как наши читатели увидят из этой публикации, брошенные в реку щуки за годы безнаказанного истребления речных обитателей (то есть нас с вами), переродились в настоящих акул, значительно набравших в весе и габаритах, и чтобы они не скребли брюхами по дну ставших тесными мелководных речек, их перебросили в моря и океаны, где побольше живности и раздолья для совершения новых преступлений, но уже иного, более крупного масштаба.

НКС много писал об уголовном деле, по которому проходили сотрудники милиции Владимир Попов и Сергей Томилов. 30 апреля 2010 года в стенах Ленинского суда, то есть спустя 12 лет с момента совершения преступления, всё же прозвучал обвинительный приговор.

Позволю себе наивно поразмышлять вслух. Если предположить, что мы – граждане правового государства, где верховенствует Закон, то все должностные лица, причастные к сокрытию данного милицейского преступления и уводу преступников от заслуженного наказания, должны были оказаться вслед за своими «протеже» на скамье подсудимых, ну, как минимум, лишиться своих должностей… Но ничего подобного, как видим, за истекший с момента вынесения обвинительного приговора год не произошло.

Следователь ОМ-1 Лариса Пчелинцева совершила должностной подлог, подбросив во время незаконного обыска в квартиру, где проживал Вадим Баровов с матерью, фальшивую денежную купюру. Когда на допрос к Пчелинцевой был доставлен избитый, истерзанный Вадим Баровов для дачи признательных показаний в обмен на прекращение пыток, Лариса «не заметила» следов побоев на сидящем перед ней человеке, «не заметила» она также и того, как оперативник Сергей Томилов в её присутствии пнул по ноге Вадима, чтобы тот не забыл, что его ожидают новые пытки, если он вдруг вздумает отрицать свою вину в инкриминируемом ему преступлении, не расценила пинок своего коллеги как давление на подозреваемого.

Сегодня следователь Лариса Пчелинцева – по-прежнему работает следователем на том же месте (ныне — Ленинский ОМ-10).

Два года разваливанием уголовного дела по совершению тяжкого и особо тяжкого преступления милиционеров занимались должностные лица Ленинской прокуратуры, которые в настоящее время продолжают работать и повышены в должностях. Это – следователи Самцова Л.А. (ныне Кузнецова Л.А.) и Липунов Л.А., которые умышленно уничтожили вещественные доказательства по делу (два выреза обоев со следами крови, сиденье от кресла), а затем сфабриковали два акта уничтожения вышеуказанных доказательств, которые якобы сгорели во время пожара. Здесь попутно заметим, что Липунов и Самцова (Кузнецова) проявили либо глобальную интеллектуальную несостоятельность, либо неспособность разумно действовать в критической ситуации жёсткого лимита времени, поскольку из сфабрикованных ими актов следовало, что пожар произошёл под лестницей (вероятно, кто-то из курящих сотрудников бросил под лестницу непотушенный окурок), в то время как вещественные доказательства находились на другом этаже, в камере хранения. Как раз эта неувязка и позволила суду выявить подделку акта, но такое очевидное преступное деяние, как ни странно (а лучше сказать, как ни страшно), не явилось основанием для уголовного преследования и пожизненного запрета для этих лиц к занятию избранной профессией.

Кроме подделки акта Липуновым Л.А. уничтожен акт освидетельствования потерпевшего, полученный им под расписку, им же на экспертное исследование направлено подложное сиденье кресла. За все указанные действия следователи повышены в должности. Следователь Самцова (Кузнецова) Л.А., – ныне помощник прокурора Ленинского района г. Иркутска. Следователь Липунов Л.А. – ныне прокурор г. Шелехов.

Помощник прокурора Иванова Т.О., утвердившая фальсифицированные акты об уничтожении вещественных доказательств, не могла не осознавать того, что тем самым автоматически становится соучастницей должностного преступления. Давайте рассуждать здраво и называть вещи своими именами: два следователя фабрикуют акт о произошедшем пожаре, в результате которого якобы уничтожены вещественные доказательства по уголовному делу, третье должностное лицо – пом. прокурора Иванова утверждает сфальсифицированный акт. Закон квалифицирует описанные действия как преступление. Преступление совершают совместно три должностных лица. Как это называется? Это называется организованная преступная группа, что является отягчающим обстоятельством. Как «наказаны» следователи-изготовители фальшивок, мы уже сказали, а вот служебная карьера пом. прокурора Татьяны Ивановой сложилась тоже весьма удачно, правда не настолько, как, например, у Липунова, который при ином стечении обстоятельств мог бы оказаться её подельником. Ныне Татьяна Олеговна всего лишь прокурор Ленинского района. Не городской прокурор, конечно, но даже возглавить районную прокуратуру с таким компроматом на себя, какой собран по делу Баровова, согласитесь, лучше, чем понести уголовную ответственность и навсегда распрощаться с профессией.

Прокурор Татьяна Иванова очень неплохо устроила свои жилищные условия, вселившись в шикарную квартиру в одном доме с прокуратурой. Кроме того, что свою квартиру она оборудовала даже камином, прокурор обставила её европейской мебелью. А что касается жилищных прав проживающих в Ленинском районе ветеранов войны и инвалидов, то Ивановой на них глубоко наплевать. Вероятно, она видит свою задачу в защите тех, кто может заплатить за свои права.

Не так давно мы писали про то, как группа мошенников завладела квартирой ветерана Великой Отечественной войны Антонины Стальновой. Как раз в преддверии Дня Победы прокурор Иванова решила вдруг выступить в защиту обманутой чёрными маклерами старушки и даже принесла кассационное представление в защиту ветерана войны на решение судьи Ленинского района Марины Батаен, которым было отказано Антонине Стальновой в возвращении мошеннически отнятой у неё квартиры. Каково же было удивление сочувствующих Стальновой пенсионеров, когда прокурор Иванова через некоторое время направила факс в Ленинский районный суд и отозвала своё представление. Как нам пояснил один из работников суда, такой ход был, вероятно, выполнен Ивановой с одной лишь целью – напомнить мошенникам о том, что делиться похищенным при возникающих спорах за отнятые квартиры надо не только с судом, но и с прокурором. Прокурор Иванова, по мнению представителей Стальновой, показала проливавшим за нас кровь ветеранам войны, что внимание прокуратуры тоже имеет свою цену, а уж этот-то надзорный орган и решит, когда и в чью пользу ему выступать в суде. Эту отвратительную историю и все аудиозаписи произошедшего в суде беззакония Совет ветеранов Ленинского района в ближайшее время намерен направить Президенту страны с требованием прекратить полномочия судьям Ленинского районного и Иркутского областного судов, отказавшим ветерану Великой Отечественной войны Антонине Стальновой в правосудии.

Заместитель прокурора Ленинской прокуратуры О.П. Ляховецкий за ненадлежащий прокурорский надзор за расследованием уголовного дела приказом прокурора Иркутской области был строго предупреждён – ныне Олег Павлович Ляховецкий вершит правосудие в Свердловском районном суде г. Иркутска. Образно говоря, господин Ляховецкий надел на себя судейскую мантию, будучи не совсем чистым, и запачкал её своими прежними делами.

А вот следователь Куйбышевской прокуратуры г. Иркутска А.В. Анисимов, не менее своих коллег наследивший в уголовном деле по обвинению Попова и Томилова. В отношении него 13.05.2002 года Ленинским районным судом вынесено частное определение по факту невыполнения определения суда от 9.06.2001 года. Следователь Анисимов, создавая видимость расследования преступления, вынес ряд постановлений, которые были приобщены к материалам уголовного дела, но так и не направлены для исполнения. В числе важных процессуальных документов, которые Анисимов решил попридержать у себя, было и постановление об отстранении Владимира Попова от занимаемой должности, чтобы Попов мог и дальше продолжать зарабатывать денежки в ОБЭПе, расти в званиях и влиять на ход следствия и подчинённых ему свидетелей. Попутно заметим, что далеко не всегда Алексей Анисимов проявлял себя человеком малодушным и беспринципным. По свидетельствам Любови Барововой этот молодой человек не раз смело и нагло угрожал ей, раздавленной и убитой горем матери, помещением в психушку, если она не прекратит добиваться правды и законности в расследовании преступления, при котором пострадал её единственный сын. Кроме того, Анисимов не выполнил определение суда по установлению третьего преступника-милиционера, которого потерпевший мог опознать. Анисимов с целью сокрытия третьего преступника выделил эпизод по нему в отдельное уголовное дело № 43050, вынес постановление о направлении данного уголовного дела в Ленинскую прокуратуру и … также не направил для исполнения. Теперь Алексей Анисимов возглавляет следственный отдел по г. Иркутску Следственного комитета России.

Хотя объективности ради рассказ об Алексее Анисимове надо вести с того, как он начал свою карьеру в органах прокуратуры. В 1998 году, будучи студентом 5-го курса юридического факультета, Анисимов едва не стал фигурантом весьма нелицеприятной истории, окончившейся убийством человека. Всё началось с того, что Анисимов с компанией своих коллег–юристов распивал спиртное. Сие распитие будущие юристы решили скрасить компанией девушек древнейшей профессии. А когда вся компания приехала за путанами, у них возник конфликт с другой компанией захмелевших мужчин. Когда собутыльник Анисимова, некий Л., кстати, следователь прокуратуры, начал драку, то его будущий коллега Анисимов сразу убежал и наблюдал за ристалищем из кустов. Затем Л. сел за руль автомобиля и переехал оглушённого ударами кулаков парня. Видевший всё это Алексей Анисимов, быстро сообразив, чем может закончиться приключение, первым прибежал в милицию. Там он сразу изложил своё видение произошедшего, написав фамилии всех своих друзей, кто, по его мнению, был причастен к этому убийству. Себе же он отвёл роль случайного наблюдателя, чуть ли не обманным путём вовлечённого в компанию плохих парней. Вероятно, такой поступок Анисимова в прокуратуре оценили как вполне достойный для своего будущего коллеги, а потому впоследствии он был трудоустроен следователем прокуратуры Куйбышевского района г. Иркутска. Анисимову, даже на новом начальственном месте руководителя следственного отдела, не удалось избежать попадания в неприятные уголовные дела на почве пьяных ссор. В 2008 году вместе со своими коллегами-правоохранителями Алексей Анисимов чуть было не оказался опять вовлечённым в пьяную драку в одном из ночных клубов Иркутска. Однако он, как и прежде, едва началась драка, предпочёл спастись бегством. Как потом пояснил Анисимов, в этот клуб в пять часов утра его привёл голод – уж очень захотелось откушать пельмешек. А его товарищу из ФСБ вместо пельменей наваляли по полной.

Наша газета уже не раз намекала на причастность Анисимова к разного рода «тёмным» коррупционным делишкам. Став руководителем следствия, он получил возможность проворачивать такие схемы чужими руками, поручая их выполнение своим следователям. Мы уже писали (см. НКС № 1, февраль 2009 года, «Сельское хозяйство опять обворовано») о том, как при попустительстве следователя Кирилла Перетятько, подчинённого Анисимова, должностные лица ИГСХА присвоили по подложным документам крупный участок земли на берегу Иркутского водохранилища стоимостью более 20 миллионов рублей. Набив руку на укрытии преступлений милицейских оборотней, Анисимов оказался очень востребованным для разного рода жулья. Конечно, мы не знаем, поделились ли дельцы от сельского хозяйства с Анисимовым либо его подчинённый помогал уйти от ответственности «за спасибо»? Не знаем мы и того, чем руководствовался Анисимов, помогая преступнику Владимиру Попову продолжать исполнять свои обязанности не где-нибудь, а в милицейском главке. Мы не знаем также, своей халатностью или чем-то иным следователь Анисимов посодействовал другому подонку остаться «неустановленным лицом» и полностью избежать какой-либо ответственности за преступление. Но знаем теперь точно, что руководство наших правоохранительных структур относится очень лояльно, я бы даже сказала «с пониманием», к тем, кто откровенно использует свою должность в личных целях и целях помощи в сокрытии преступлений иных лиц.

Однако действиям, которые при желании и ответственном подходе отдельных компетентных лиц смело можно назвать преступными, следователей Липунова Л.А., Самцовой-Кузнецовой Л.А., Анисимова А.В., прокуроров Орешкина О.Ю., Ивановой Т.О. до настоящего времени не дано юридической оценки. Мамой Вадима Баровова Любовью Барововой, которая являлась представителем потерпевшего, было подано заявление о возбуждении уголовного дела на всех вышеперечисленных лиц, с указанием конкретных незаконных действий каждого. На её заявление была дана издевательская отписка за подписью заместителя прокурора области Семчишина И.Г., которую она обжаловала в Кировском районном суде г. Иркутска.


На фотографии:Тогда еще следователь А.В.Анисимов принес неизгладимое горе в семью Любови Барововой
31.01.2003 года Кировским районным судом вынесено постановление о признании действий зам. прокурора области Семчишина по отказу в возбуждении уголовного дела без проведения проверочных действий и невынесению процессуального документа — незаконными. Кировский районный суд г. Иркутска обязал заместителя прокурора области Семчишина устранить допущенные нарушения. Постановление суда до настоящего времени в нарушение ст.392 УПК РФ на протяжении 8 лет не исполнено. А сам Семчишин, нарушавший закон и не исполнявший судебный акт, в настоящее время занял должность Заместителя Генерального прокурора в Сибирском Федеральном округе и надзирает теперь за неукоснительным соблюдением законов из Новосибирска.

В Уголовном кодексе РФ имеется статья 315, которая говорит о том, что любой российский чиновник, злостно не исполнивший решение суда, является преступником. Срок наказания по данной статье составляет до двух лет лишения свободы. Может, кроме известного УК РФ существует и другой, специальный уголовный кодекс, согласно которому руководитель прокуратуры за неисполнение судебного акта должен быть повышен в должности вплоть до уровня заместителя Генерального прокурора?..

Людмила Бергамотова

Добавить комментарий