«Кому билет на воровской пароход? Наши демократические писаки и оппозиционеры поливают нашу страну грязью, отрабатывая деньги, которые им платит Запад. Эти оппозиционеры существуют на деньги США и являются послушными псами своих заокеанских хозяев; не секрет, что все так называемые «оппозиционеры» — враги нашего народа — финансируются плутократическим Западом, живут на его подачки». (Йозеф Геббельс, 12 марта 1933 года)

Я редко начинаю с цитат, но в данном случае добавить почти нечего. Наши охранители повторяют слова Геббельса практически дословно, хотя прошло 80 лет без малого, им по-прежнему нечего добавить. Они обижаются, когда их сравнивают с нацистами или фашистами, но кто же виноват, что их аргументы так мало ушли от сентенций рейхсминистра?

Логику у нас уже много лет практически нигде не изучают — везде восстановили на базе бывших ПТУ «гимназии» и «лицеи», а вот логику не восстановили даже в вузах. И поэтому рядовой обыватель, вроде бы даже и образованный, не видит, как его водят за нос c простым силлогизмом: оппозиция против Путина — Путин — «национальный лидер», значит, оппозиция является «антинациональными силами».

Дальше уже совершенно привычная логика ведет нас прямо к площади Тяньаньмэнь: если 100 тысяч москвичей представляют антинациональные силы, то нет ничего плохого в том, чтобы включить в политический процесс танки. При этом ревнители национального почему-то сами не едут на ПМЖ ни в свободный и счастливый Китай, ни в столь же свободную и счастливую Белоруссию, а продолжают мучиться в насквозь «прожидовленной» Москве с перспективой ежегодного отдыха в Западной Европе.

Но, как говаривали древние, хочешь жить в Риме — люби римлян (вариант – живи, как римлянин).

Второй силлогизм: противники Путина финансируются из США — сторонники Путина не финансируются из США — вывод: сторонники Путина бескорыстны.

Но давайте просто сравним уровень материального благосостояния тех, кто за Путина и тех, кто против. Кто раздербанил страну на яхты, «Бентли», алмазы в пупок девкам и дворцы посреди Лондона? У кого на руках часы размером с годовой доход десяти семей где-нибудь в Кемерово?

Разве это у сторонников оппозиции все перспективы на будущее связаны как раз с тем самым «метафизическим дьяволом», как порой, уже нисколько не стесняясь терминологии из «Молота ведьм», называют США наши патриоты в сурковых пальто? Давайте посмотрим, кто является крупнейшим грантополучателем на всевозможное «развитие демократии», и мы увидим, что главным бенефициаром являются структуры «Единой России» и персоны, с ней аффилированные. Ну а самыми убедительными защитниками Путина — лица, открыто связанные с западными спецслужбами.

В конечном счете, бытие определяет сознание: кто сказал, что брать деньги у Кремля — патриотично? Только в силу того, что деньги Кремля уворованы у миллионов граждан России, в то время как деньги Госдепа если и делают кого-то бедней, то только вероятного противника? Я уже не говорю о том, что деньги Госдепа для оппозиции — это миф, который выстраивается на реальные деньги Кремля. Собственно, точно так же, как и рейхсминистерство Гиммлера конвертировало деньги германских рабочих в агитацию и пропаганду — нет, не вероятного противника, а тех самых немецких рабочих, которых предстояло «организовать по-военному».

При этом Гитлер и его партайгеноссе хотя бы предлагали германскому народу идеи, реализовывали их, в том числе в научно-технический прогресс. А что могут предложить сегодня их кремлевские эпигоны, кроме завещанной фюрером ненависти к США? Стабильность? Да, только стабильность!

Но ведь любой может спросить себя: «Нужна мне такая стабильность? Стабильность в чем: в нищете и бесправии?»

Россия уже несколько раз в своей истории проскакивала мимо прогресса во имя той самой стабильности. В первый раз, когда в Европе прошла серия крестьянских войн и антифеодальных революций. У нас антифеодальная революция прошла гораздо раньше, чем в Англии и всего на 2 года позже, чем в Голландии — только у нас ее почему-то называют «смутой».

Ну а второй раз — в царствование Николая Первого, когда Европа всколыхнулась от буржуазных революций и вошла в революцию Промышленную. А николаевская Россия оставалась островом стабильности, в результате чего вошла в Новое время с архаической системой правления и закупала за рубежом даже самые простые промышленные товары. И спустя полвека Россия вошла в мировую войну, имея 80% винтовок импортного производства, не говоря уже о 100% патронов, закупавшихся за рубежом. А потом мы удивляемся, откуда взялся Октябрь 1917-го? А это была отчаянная попытка преодолеть отсталость, вызванную стабильностью — слава богу, что удачная попытка, хотя и с колоссальными издержками.

Но кто сказал, что история опять предоставит России шанс, и страна сможет пережить еще и путинскую стабильность? Мы уже с Грузией воюем, напрягая изо всех сил свою военную мощь, позиции пехоты бомбим стратегическими бомбардировщиками, а экипажи к ним собираем по человечку на испытательных полигонах. А пороха уже нет, а патронов уже не хватает.

Так что не надо искать экзистенциальное зло в заокеанских центрах, само существование которых есть большой вопрос — экзистенциальное зло сидит в Кремле и ножки свесило со стены с зубцами. И если сегодня оно не уедет из страны «воровским пароходом», то завтра придется выгонять его с революционными матросами — тоже вариант, но издержки, издержки.

Анатолий Баранов

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить