ЛЕС РУБЯТ – ВЛАСТИ МОЛЧАТ

Восьмой километр автотрассы «Мельничная падь», райское место для садоводов. Дачные домики расположились среди берез и сосен. Но всего лишь несколько километров в глубь леса, и начинается беспредел. О незаконном лесоповале нам сообщили сами дачники. Они заметили неладное сразу после Нового года.


На фотографии: Возмущению Оксаны Николаевой нет предела: «У нас просто этот лес забирают! А он – общечеловеческая ценность!»
«В январе я обратила внимание, что мимо дома едут лесовозы. И не просто одна-две машины! По десять за раз, а то и больше. И обязательно их сопровождает внедорожник. Большой, элитный. Похоже, что какого-то чиновника», — рассказывает местная жительница Лидия Андреева.

Скоро обнаружилось и место вырубки. Совершенно случайно. Лидия Андреева с мужем отправилась на лыжах в лес. Картина всего в двух километрах от садоводства потрясла пенсионеров. «Вместо сосен увидели, что называется, остатки былой роскоши! Лесорубы, кстати, на нас даже внимания не обратили», — возмущается дачница.

«МЫ НЕ БРАКОНЬЕРЫ, МЫ САНИТАРЫ ЛЕСА»

То, что на редакционной легковушке здесь не проехать, мы поняли сразу. Пересели на более надежный УАЗ и направились прямиком к деляне. Водитель, он же проводник, — из местных. Имя свое попросил не называть — ему еще здесь жить и работать, но со знанием дела комментировал нам придорожный пейзаж. «Вон, видите, вдоль дороги валяются сосновые макушки, ветви и сучья. Это всё черные лесорубы забраковали, выбросили. Им нужен исключительно кругляк».

Такая свалка сама по себе уже экологическое бедствие. Это подтвердит любой эксперт. В пожароопасный период весь этот мусор превращается в сушняк и может вспыхнуть как порох. А вот и та самая деляна. Место вырубки хвойных деревьев. Работа кипит, добротные сосны здесь же обрабатывают. Рядом аккуратно напиленные чурки, они, видимо, сгодятся на дрова. Лес валят сплошняком, масштабы заготовки впечатляют. Причем лесорубы не брезгуют ничем — пересортица очевидна: рядом со спиленными соснами — березы. У рабочих интересуемся, насколько законно они здесь промышляют: «Имеются ли у вас документы на рубку?» Ответ в классике жанра: «Да, конечно, все документы у нас есть. Только они… у хозяина!»

В шоке от увиденного и дачницы, которые вызвались нас сопровождать. У Оксаны Николаевой трое ребятишек. За городом, в лесу, Николаевы стараются бывать как можно чаще. «Сегодня складывается такая ситуация, что у нас просто этот лес забирают! Его просто нагло, неразумно вырубают! Ведь нельзя жить одним днем, это природа, понимаете?! Это общечеловеческая ценность!» — возмущению Николаевых нет предела.

Здесь неподалеку есть еще одна деляна и тоже незаконная, рассказывает наш проводник. Направляемся туда. Проплутав около часа, наконец-то находим дорогу, на обочинах которой знакомые уже «ориентиры» — ветви, макушки, сучья… Словом, отходы производства. Проехав еще несколько сотен метров, мы видим огромную площадку, где уже вырубили лес. Эта «рукотворная» поляна в разы больше предыдущей. Заготовленную древесину при нас складируют, вывозят КамАЗами. И опять интересуемся у рабочих насчет документов. «Да, конечно. Документы есть, у нас всё законно». — «Можете показать?» — «Сейчас в вагончик сбегаю…»

Из вагончика к нам вышел совсем другой человек. Молодой «специалист по заготовке древесины», видимо, решил не рисковать и отправил к нам вместо себя более опытного коллегу. Матерый, в засаленной спецодежде, с сигаретой в зубах, сразу понятно — он здесь старший. Как минимум, бригадир. Он всё же показал на «документ». Называется «Технологическая карта валки леса». Действительно, черным по белому написано, что рубить сосны можно. Более семи гектаров. Видя наше недоумение и недоверие, «бригадир» поясняет: «Сплошная санитарная рубка». «А разве эти деревья чем-нибудь больны?» — «После пожара. Это санитарная рубка, мы согласно «технологичке» рубим».

Пытаясь разобраться в специфике лесного дела, мы обратились к экспертам, которые пояснили, что подобные санитарно-оздоровительные мероприятия проводятся, если древесина повреждена насекомыми, болезнями либо огнем. Ни одного из этих признаков на бревнах мы не обнаружили. Совершенно здоровый лес, и древесина получается отменная: ровный ствол, чистая сухая поверхность, равномерные годичные кольца. Под пилу попали как вековые деревья, так и совсем молодые.

ЛЮДИ БЬЮТ ТРЕВОГУ

В этом распадке Мельничной пади, где идет заготовка древесины, берет свое начало река Кая. Эта речка и так считается экологически неблагополучным водоемом, если вырубить лес, она может вовсе погибнуть. О том, что в водоохранной зоне вести любые лесозаготовки вообще запрещено, дровосеки, видимо, забыли. Как и те, кто выдал им разрешительные документы.

Первое, что приходит на ум обывателю, столкнувшемуся с фактом уничтожения живой природы, — обратиться к государству в надежде на защиту. Так бдительные граждане из садоводств и поступили, сообщив, куда следует: участковому инспектору, в лесничество, в Следственный комитет, начальнику управления губернатора Иркутской области и Правительства региона по правоохранительной работе. Ушло заявление и в Западно-Байкальскую межрайонную прокуратуру.

Ответ, как и положено, последовал в установленный законодательством месячный срок. Известный читателям НКС своей способностью давать диаметрально противоположные правовые оценки одной и той же ситуации, в зависимости от конъюнктуры, межрайонный прокурор, советник юстиции Калинин А.М. сообщил заявителям следующее:

«Ваше обращение о проведении проверки по факту проводимой рубки лесных насаждений вблизи садоводств «Мавр» и «Оптимист» рассмотрено. Проведение проверки природоохранная прокуратура поручила Агентству лесного хозяйства Иркутской области, так как оно является органом, уполномоченным осуществлять государственный лесной надзор.

По информации Агентства лесного хозяйства Иркутской области, лесосека, расположенная в квартале № 49 Приморского участкового лесничества, передана ООО «Лесхоз Иркутский» для проведения выборочной санитарной рубки (!) по акту передачи лесных насаждений № 2 от 20.04.2011. Заготовку древесины на указанной лесосеке осуществляет индивидуальный предприниматель Брюшинкин В.И. по договору подряда, заключенного с ООО «Лесхоз Иркутский».

Сообщаю, что межрайонная прокуратура вернула Агентству лесного хозяйства материал для проведения дополнительной проверки, о результатах которой вам будет сообщено дополнительно».


Садоводы, проявившие активную жизненную позицию, готовы подождать. Если дело затянется, люди намерены записаться на прием к главе региона, а в крайнем случае — выйти на пикет, начать подготовку к митингу, говорят активисты.

Между тем расписываются в собственном бессилии, если не сказать в попустительстве, и власти Иркутского района. Комментируя ситуацию, в пресс-службе администрации района нашли простое объяснение происходящему, заодно обозначив и безрадостную перспективу:

«Проблема незаконной вырубки лесов в Иркутском районе стоит очень остро, и, как правило, главы сельских поселений остаются с ней один на один. У района нет физической и административной возможности повлиять на ситуацию. Территория района огромная, больше 11 тысяч кв. км, и отследить, что происходит на всей площади, — практически нереально. Вообще-то черными лесорубами должна заниматься лесная милиция. Единственное, на что мы можем рассчитывать, — это компенсация ущерба. Как правило, после вмешательства прокуратуры, по решению суда, браконьеров могут обязать восполнить нанесенный ими ущерб — высадить новые деревья, к примеру. Но на деле такие предписания не выполняются».

ЛЕС ПРОТИВ СМОГА

Иркутск входит в 15 наиболее неблагополучных городов России по количеству выбросов в атмосферу загрязняющих веществ (65 тыс. т в год). 94 % всех выбросов составляют продукты горения: угольная и мазутная смолы, окись углерода, двуокись азота, сернистый ангидрид. Больше всего загрязняют атмосферу предприятия теплоэнергетики — 69 %. Это Ново-Иркутская ТЭЦ (40 тыс. т выбросов в год), «Байкалэнерго» (6 тыс. т) и Иркутский авиационный завод (5 тыс. т). Также основные загрязнители воздуха Иркутска — автомобили (52 % выбросов) и источники теплоэнергетики, не оснащенные фильтрами (46 % выбросов). Среднегодовые концентрации бензопирена (химическое соединение, вещество первого класса опасности, способное вызывать в организме злокачественные опухоли) в 2010 году превышали допустимую норму в 10 раз, оксида азота — в 1,1 раза, взвешенных веществ — в 2 раза, формальдегида — в 6 раз. К самым загрязненным территориям относятся центр Иркутска, микрорайоны Ново-Ленино и Иркутск-II.

Как помочь городу в такой ситуации? Ответ знают даже дети: где лес, там кислород. Лес — это зеленые легкие нашей планеты. Установлено, что гектар деревьев способен поглотить такое количество углекислого газа, которое выдыхают 200 человек. Воздух в лесу содержит в 300 раз меньше бактерий, чем воздух в городе. Этому способствуют фитонциды, в большом количестве выделяемые листьями и цветками растений. Всего лишь несколько граммов фитонцидов стерилизуют от болезнетворных микроорганизмов сотни кубометров воздуха. Вот почему даже короткий отдых в лесной местности помогает восстановить человеку утраченные силы.

ЧЕМПИОНЫ ПО ВОРОВСТВУ

Агентство лесного хозяйства России озвучило цифры: в прошлом году в стране было выявлено более 20 тыс. случаев незаконных рубок леса. Добычей черных дровосеков стало более миллиона (!) кубометров леса. В Сибири по объемам незаконно вырубленной древесины лидирует Иркутская область, где под пилу попали 325 тыс. кубометров древесины.

Прокомментировать сложившуюся в регионе ситуацию согласился экс-директор Прибайкальского национального парка Грищенко В.И.:

«У нас ведь есть правоохранительные органы, есть Агентство лесного хозяйства, которое должно контролировать вырубку лесов, охранять их, понимаете? И все в открытую воруют, все знают об этом, всё проходит безнаказанно! Посмотрите, что творится в Иркутском районе, рядом с поселком Горохово, там просто ужас! Волосы дыбом становятся. Я сорок лет проработал в отрасли лесного хозяйства и подобного не видел, скажу честно! А ведь раньше там были только официальные лесосеки, и то их жестко контролировали. Если лесозаготовители технологию чуть-чуть нарушали, то всё, там уже скандалы начинались. А сейчас — беспредел полный! В районах особенно: от последнего лесника до главы администрации все только грабят и тащат. Я периодически выезжаю на охоту, наблюдаю: там, где раньше водились глухари и рябчики, сейчас их уже нет. Вырубается лес подчистую! Причем забирают только ценную древесину, остальное бросают. Всё завалено так, что не пройдешь и не проедешь. А что творится в Прибайкальском национальном парке? Это ж надо придумать — нынешний директор Олег Апанасик перед началом пожароопасного периода взял и сократил научный отдел, уволил всех грамотных сотрудников! Зато юристов и менеджеров понабрал!»

Специалисты уверены: то, что происходит с лесами вокруг Иркутска, — это экологическая катастрофа. И ее последствия, как последствия любого природного бедствия, рано или поздно коснутся каждого жителя города.



На фотографии: Сосновые макушки, ветви и сучья черные лесорубы оставляют на месте вырубки - платят им исключительно за кругляк
P. S. Когда этот материал готовился к публикации, стало известно, что лесорубы из Мельничной пади покинули деляны, где вели незаконные заготовки. Но местные жители уверены: жажда наживы заставит их вернуться обязательно. Тем более что власти района и надзорные органы государства всячески способствуют этому своим бездействием. Бездействием, лично мне больше напоминающим покровительство.

Анатолий Шатов

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить









ПРИМИ УЧАСТИЕ В ВЫПУСКЕ ОЧЕРЕДНОГО НОМЕРА

Яндекс.Метрика