АЙН, ЦВАЙ, ДРАЙ, ПОЛИЦАЙ?


1 марта 2011 года по инициативе президента России Дмитрия Медведева вступил в силу Федеральный закон «О полиции». Вопреки мнению населения России закон был «продавлен» в Государственной думе, где большинство депутатских голосов принадлежало партии «Единая Россия». В истории Древнего Рима описан случай: император Калигула привёл в сенат лошадь, покрытую бархатом и златом, и потребовал от присутствовавших относиться к ней, как к сенатору. Римский сенат проглотил это. Нечто подобное произошло и в нашей Госдуме. В России слово «полицейский» прочно ассоциируется с «полицаем». И как корабль назвали, так он и поплыл. Прокатившаяся по стране волна случаев, когда люди в погонах зверски издевались над теми, кого призваны защищать, — гражданами своей страны, доказала: название соответствует сути.

Пусть ненавидят – лишь бы боялись.

Любимая фраза римского
императора Калигулы.


МЕЖДУ ПОЛИЦИЕЙ И НАРОДОМ — ПРОПАСТЬ

11 марта 2012 года в Казани произошел шокирующий своей жестокостью случай – в полицейском отделе № 9 «Дальний» был зверски избит задержанный 52-летний мужчина. В больнице он умер, к смерти привели повреждения прямой кишки, причинённые бутылкой из-под шампанского. История стала достоянием средств массовой информации и вызвала возмущение по всей стране. В спешном порядке руководство МВД Республики Татарстан приняло соответствующие меры. Отдел полиции расформировали, по факту возбудили уголовное дело. Казалось, пожар потушили. Но это видимость. Истинные причины варварского преступления, как всегда, остались в тени.

Подобных историй по стране не счесть. Это Санкт-Петербург и Кострома, Саратов и Красноярск. 3 ноября 2011 года в ОП № 5 Иркутска сотрудники полиции прямо в отделении жестоко избили мужчину. Всё это было записано на камеру слежения, и скрыть преступление не удалось. Естественно, к этому факту было привлечено широкое общественное внимание. Виновных лиц уволили, в их отношении возбудили уголовное дело. Да и руководство отдела без наказания не осталось. Особенно усердствовал в избиении 28-летний участковый уполномоченный Иван Шипицин, герой одной из наших публикаций (НКС № 24, «В каком измерении трудится участковый Иван Шипицин», июнь-июль 2011 года).

Аналогичное преступление повторилось в ночь с 16-го на 17-е февраля 2012 года. Сотрудники ОП № 7 Октябрьского района капитан Крестич и его стажёр Пашкевич задержали двоих участников драки в одном из иркутских кафе, доставили их в отдел и там жестоко избили. По факту возбуждено уголовное дело, проводится расследование.

Эти преступления объединяет одно — безнаказанность. Работники полиции, как верхнего, так и нижнего звена, понимают, что их проступки покрывает правящая элита, которой они верно и преданно служат и которая исправно платит им деньги, и далеко не маленькие. В статье № 1 Федерального закона «О полиции» иезуитски говорится: «Полиция предназначена для защиты прав и свобод граждан РФ». На деле это чистая профанация. Полиция в первую очередь, как, впрочем, и остальные силовые структуры, защищает правящую элиту. Об этом свидетельствуют избирательные кампании, где сотрудники органов четко выполняют указания тех, кто им платит.

Не секрет, что сегодня людей в погонах боятся больше, чем бандитов. И это закономерно. Полицейские зачастую исполняют не свои прямые обязанности – вести борьбу с преступностью, а разгоняют демонстрации, пикеты, шествия. Их «используют» для фабрикации уголовных дел в отношении неугодных лиц и т. д. Люди постепенно привыкают к насилию людей в форме и воспринимают его как должное.

ЖАЛУЮТСЯ — значит, доверяют!



На фотографии:Адвокат с 35-летним стажем Александр Петрович Дубровин
На запрос редакции НКС в Главное управление МВД России по Иркутской области мы получили ответ, из которого следует, что с 1 марта 2010 года по 1 марта 2012-го рассмотрено 356 обращений и жалоб граждан на незаконные действия сотрудников полиции (полностью или частично подтвердились 198). Привлечено к дисциплинарной ответственности 77 полицейских. Причём количество обращений граждан и наказанных сотрудников, как следует из ответа, обусловлено «ростом доверия к правоохранительным органам».

Приведённые данные вызывают у меня сомнения. Сложно поверить, что от населения региона, которое приближается к трём миллионам, в органы МВД поступило такое ничтожное количество жалоб. Особенно если исходить из того, что почти каждый третий подследственный жалуется на неправомерные действия полицейских. Мне как адвокату в год приходится помогать гражданам в написании жалоб на действия сотрудников полиции не менее 10 раз. А адвокатов у нас в области более тысячи. Что-то здесь не срастается. Что же касается доверия к органам МВД со стороны населения, то это вопрос достаточно спорный. По крайней мере, оснований для оптимизма по этому поводу лично я не усматриваю.

Думается, более достоверны цифры, касающиеся возбуждённых уголовных дел в отношении сотрудников полиции. В ответе указывается: «В период с 01.03.2010 г. по 01.03.2011 г. в отношении сотрудников милиции возбуждено 51 уголовное дело, из них 14 прекращены по реабилитирующим основаниям. С 01.03.2011 г. по 01.03.2012 г. в отношении сотрудников полиции возбуждено 44 уголовных дела, 2 прекращены по той же причине».

«ПРЕЗУМПЦИЯ ВИНОВНОСТИ»

Во время судебных процессов по уголовным делам приходится часто сталкиваться с вопиющими фактами произвола людей в форме. Подсудимые в суде рассказывают, как их на предварительном следствии пытают электрическим током, надевают на голову целлофановые мешки, в прямую кишку толкают палки и т. д. И делается всё это с единственной целью — любой ценой добиться признательных показаний. В суде подсудимые пытаются подать жалобы на действия полицейских, демонстрируют следы телесных повреждений. Но всё тщетно. Суд беспристрастно выслушивает их и в удовлетворении отказывает.

Практика показывает, что признательные показания всё чаще и чаще ложатся в основу обвинений. Когда-то, в бытность генеральным прокурором СССР Андрея Вышинского, признание вины являлось «царицей доказательств». Вышинский вошёл в историю как главный обвинитель на сталинских политических процессах и автор новаторского положения «презумпции виновности». С приходом к власти Никиты Хрущёва это антигуманное положение ушло на второй план. Но в наши дни «презумпция виновности» вновь возвращается к жизни и становится приоритетной в расследовании преступлений.

Несколько лет назад мне пришлось защищать мужчину, который обвинялся в двойном убийстве. Защита располагала доказательствами, которые позволяли оспаривать обвинение. При очередной встрече в следственном изоляторе № 1 Иркутска мой подзащитный сообщил, что признался в совершённом преступлении и подробно, со слов сотрудников милиции, описал события преступления. Я сказал, что это неизбежно приведёт к обвинительному приговору. «Дело в том, — виновато продолжал он, — что смотрящий по камере поставил меня перед выбором. Или я пишу признательные показания, или меня выносят из камеры ногами вперёд». Мы оба знали, что в СИЗО такая практика существует. При этом он рассчитывал отказаться от данных показаний в суде и надеялся, что тот во всём разберётся. Я понимал, что при таком раскладе можно ставить крест на защите. Но право выбора принадлежало ему, и он выбрал жизнь. Далее всё пошло как по накатанной дорожке. Его показания закрепили с участием понятых, с применением киносъёмки на месте преступления. Затем в суде он отказался от показаний, данных на предварительном следствии. Суд традиционно во внимание заявление подсудимого не принял и осудил его на 20 лет лишения свободы.

Потом я задал оперативникам вопрос: «Какая необходимость была таким способом получать признание? Неужели нет других, законных, методов для раскрытия преступления?» «Конечно нет, — откровенно отвечали они. — Мы на сто процентов уверены, что подследственный совершил тяжкое преступление. А вот с доказательствами у нас дело обстояло неважно. Поэтому признание вины нам было крайне необходимо. В противном случае дело могло развалиться в суде со всеми вытекающими отсюда последствиями».

Откровенный ответ шокировал меня. Я понимал, что такая работа оперативников — результат их низкой квалификации. Они стремятся раскрыть преступление любой ценой и доложить о проделанной работе. А по итогам получить соответствующее поощрение. Судьба же осуждённого их мало интересует.

ЖЕГЛОВЫ И ШАРАПОВЫ УШЛИ В ПРОШЛОЕ

В законе «О полиции» ничего не говорится о преемственности. Складывается впечатление, что полицию начали создавать с чистого листа. Огромный опыт работы милиции советского периода как бы вычеркнули из истории нашей страны.

К сожалению, почти забыты Михаил Николаевич Фомин и Михаил Афанасьевич Кихтенко — легендарные оперативные уполномоченные уголовного розыска Иркутска. Их знали не только наши родители, но и мы, подростки. Для молодёжи они были непререкаемым авторитетом, им хотелось подражать, брать с них пример. А сколько они предотвратили преступлений? Скольких малолеток наставили на путь истинный, не дав им скатиться на дно преступного мира. И тот, и другой проработали в милиции не менее 50 лет и оставили после себя добрую память. В то же время они были грозой преступного мира.

Особенно запомнился М. Н. Фомин. В 16 лет он пришёл на работу в милицию и отдал ей всю свою жизнь. Умер Михаил Николаевич в 1987 году. Как рассказывают очевидцы, во время похорон на могилу старшего оперуполномоченного уголовного розыска УВД подполковника милиции Фомина был возложен большой венок с лаконичной надписью: «Уважаемому дяде Мише от крестников». Думаю, нет необходимости пояснять, кто такие были крестники и почему такое уважение они питали к работнику милиции, который вёл беспощадную борьбу с преступностью. В те времена даже в кошмарном сне никто не мог себе представить, во что превратятся наши защитники, получившие такое спорное название, как полиция.

В руководстве УВД Иркутской области в те годы были, как правило, высокообразованные специалисты с большим житейским опытом. Многие из них были участниками Великой Отечественной войны, знали иностранные языки, обладали соответствующей культурой. Особенно запомнился мне первый заместитель начальника Управления внутренних дел Иркутской области Сергей Сократович Шустиков. Само отчество соответствовало содержанию этого человека. Поражала его интеллигентность, демократичность в обращении с окружающими, его интеллект. На должность заместителя начальника УВД он приехал из Ленинграда, где работал в КГБ. В те времена люди, приезжающие из центра в Сибирь, несли европейскую культуру и определённые интеллектуальные ценности. Чего не скажешь о сегодняшних «назначенцах». Посланцы из Москвы, наоборот, вывозят последнее, включая и денежные ресурсы.

ПЛОДЫ ДЕВЯНОСТЫХ

Все мы понимаем, что для проведения реформы в Министерстве внутренних дел необходимы квалифицированные кадры. Выражение, которое якобы принадлежит Сталину, «кадры решают всё» не потеряло актуальности и в наше время. И вот в разрезе принятого закона издаётся указ президента РФ от 1 марта 2011 года «О внеочередной аттестации сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации». Аттестованным полицейским государство обещает почти в два раза повысить зарплату. Узнав об этом, в полицию ринулась масса молодых людей, недавно окончивших юридические заведения. Но полиция не резиновая. Пришлось под разными предлогами отказывать вполне достойным работникам в рекомендациях для прохождения службы в полиции, несмотря на то, что они имели продолжительный стаж и базовое юридическое образование.

На их место пришли молодые люди без надлежащего опыта, заняли определённые должности и начали творить, не ведая что. Всё это, естественно, отрицательно сказалось на уровне работы полиции. Отсюда события в Казани, Иркутске и других регионах.

В общей сложности, в Прибайкалье, по результатам проведённой внеочередной аттестации, не были рекомендованы для службы в полиции 302 сотрудника милиции, 167 — не проходили аттестацию вообще. Итого 469 человек. На сегодняшний день из указанного количества сотрудников восстановлены по решению суда семеро. Все они продолжают работать в органах полиции. Следует отметить, что большинство сотрудников, не прошедших аттестацию, в суд не обращались, полагая, что защиты там они не получат.

Само по себе повышение зарплаты полицейским проблему не решит. Следует также отметить, что молодёжь, пришедшая в полицию в последнее время, воспитывалась в девяностые годы, в условиях вседозволенности. В условиях, когда беспредел был нормой поведения. А сейчас мы пожинаем плоды всего этого.

Лет восемь назад я читал спецкурс «Адвокатура» в САПЭУ Иркутска. В юридическом отделе учебного заведения мне дали ознакомиться с заявлением студентки 4 курса отделения «Юриспруденция», написанным на полстранички. Красным карандашом в заявлении было подчёркнуто 16 ошибок. Пошла новая волна юристов — безграмотных. Обучались они на платной основе. После окончания учебного заведения часть из них также заняла определенную нишу в структурных подразделениях МВД. И теперь мы наглядно видим, что хамство и равнодушие работников полиции напрямую связаны с их «базарным» образованием.

ШТАТ ВСЁ БОЛЬШЕ – ПОРЯДКА ВСЁ МЕНЬШЕ

Полиция разрослась у нас до неразумных размеров. В СССР на тысячу человек населения приходилось по одному сотруднику милиции. Сейчас это соотношение в несколько раз больше. Мне вспоминается разговор сорокалетней давности с работником областной прокуратуры Василием Андреевичем Желниным. Он искренне удивлялся, чем может заниматься такое количество людей в Управлении внутренних дел на улице Литвинова. «В наше время, — говорил он, — весь аппарат милиции состоял из комиссара, двоих его заместителей и отряда ЧОН. Никаких там отделов, других структурных подразделений и в помине не было. А порядок был, нас боялись и уважали». Думаю, узнай Василий Андреевич, что милицию переименовали в полицию, что она разрослась до фантастических размеров, он перевернулся бы в гробу. Не погрешу против истины, если скажу, что наше государство постепенно становится полицейским.

ВЕРНУТЬ ЛИЦО И ДОВЕРИЕ

Мы понимаем, что реформа МВД провалилась, да и не было её вовсе, а была лишь имитация. Чтобы поправить положение, необходимо кардинально «перетрясти» все руководящие кадры управлений и отделов на местах. Как это в своё время сделали в Грузии. Но и это до конца не решит всех проблем МВД России. Главная задача — покончить с коррупцией в подразделениях МВД. Для этого нужно провести инвентаризацию недвижимости и другой собственности полицейских, проверить наличие подтверждающей документации. После чего сделать организационные выводы в отношении этих сотрудников. Кроме того, кадры в полицию надо подбирать по деловым качествам, исключать семейственность и протекционизм. Нужно, чтобы с экранов телевизоров исчез отрицательный образ полицейского. Не найдёшь ни одного телевизионного фильма, где бы не показали полицейского-взяточника, предающего за деньги своих коллег.

Это далеко не полный перечень мероприятий для того, чтобы полицейский превратился в сотрудника с человеческим лицом. А для этого нужна политическая воля государства. И если она запоздает, то её проявит народ. Но это будет уже другая история.

Адвокат Александр Дубровин

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить









ПРИМИ УЧАСТИЕ В ВЫПУСКЕ ОЧЕРЕДНОГО НОМЕРА

Яндекс.Метрика