Тюрьма депутата подождёт?


Бывший генеральный директор ЗАО «Мостострой-9», депутат Законодательного Собрания Иркутской области Андрей Микуляк
В апреле прошлого года в НКС № 49 была опубликована статья «Контуженный капитализмом» о деятельности депутата Законодательного Собрания Иркутской области Андрея Микуляка в качестве руководителя одного из крупнейших предприятий области по строительству мостов — ЗАО «Мостострой‑9». Речь там шла о безвозвратном пути банкротства, на который встало предприятие сразу после назначения Микуляка на эту должность. А главным эпизодом было то, что народный избранник, пользуясь своим положением генерального директора, путём нехитрых манипуляций предпринял попытку присвоить 35 % акций «Мостостроя‑9», только номинальная стоимость которых 12,5 млн рублей. Фактическую же их стоимость, с учётом стоимости имущества предприятия на тот момент, смело можно было оценить в 8—10 раз больше. Для реализации затеи был использован подложный протокол собрания, которого в действительности не было. После вскрытия аферы совет директоров ЗАО предпринял необходимые меры по возврату имущества предприятия и оспорил в Арбитражном суде Иркутской области произведённые Микуляком сделки. На момент публикации было известно, что суд принял позицию членов совета директоров и исковое заявление удовлетворил. Решение, которым была установлена подложность представленного протокола, вступило в законную силу.

УГОЛОВНАЯ БЕСПЕРСПЕКТИВА

По факту фальсификации протокола в правоохранительные органы на господина Микуляка были поданы заявления о мошенничестве. Но, как уже было сказано в апрельской публикации, заявления волею крючкотворов пустились в продолжительное турне по кабинетам следственных ведомств.
На сегодняшний день к уголовной ответственности господин Микуляк так и не привлечён, хотя очевидность содеянного подтверждена арбитражным судебным решением.
Недаром говорят, что безнаказанность порождает вседозволенность. Так и Андрей Степанович — на содеянном не остановился. Ещё до вступления решений Арбитражного суда в законную силу, накануне одного из судебных заседаний по оспариванию его сделок, он попытался продать акции «Мостостроя‑9». 19 мая 2015 года, являясь директором ООО «Строитель» и действуя от его имени, он подписал договор по продаже акций «Мостостроя‑9», принадлежащих ООО «Строитель», некоему гражданину Лоншакову. Заметим, что последний не является ни крупным инвестором, ни известным руководителем. Цель сего очевидна — реализовать до конца умысел по выведению ценных бумаг предприятия.
Но и на этот раз афера провалилась — захватить корпоративный контроль над «Мостостроем‑9» Микуляку не удалось. Определением об обеспечении иска Арбитражного суда Иркутской области от 21 мая 2015 года по делу № А19–7950/2015 были приняты обеспечительные меры — наложен арест на акции в связи с подачей иска о признании названной сделки по продаже акций в 250 раз дешевле номинала недействительной. По данному факту поданы также заявления о возбуждении уголовного дела. Как считают представители «Мостостроя‑9» (что отражено в соответствующих заявлениях и жалобах), данное умышленное деяние образует самостоятельный состав преступления, но не было доведено до конца по независящим от Микуляка обстоятельствам. Однако дело, как водится, затерялось в прокурорских застенках.

НА ЧЁМ БЫ ЕЩЁ ПОЖИВИТЬСЯ?

Ступив на преступный путь, очень сложно с него сойти. Учитывая, что все предыдущие кульбиты сошли нашему герою с рук, вовсе не удивительно, что жажда наживы никуда не пропала. На этот раз депутат не побрезговал и сравнительно малым (если иметь в виду стоимость акций «Мостостроя‑9»).
21 мая 2015 года, уже не являясь генеральным директором, он обратился в Свердловский районный суд с иском к «Мостострою‑9» по поводу невыплаты ему зарплаты в общей сумме ни много ни мало три с лишним миллиона рублей. Учитывая, мягко говоря, солидность суммы, сложно себе представить, за какой период эта «задолженность» набежала. А если так, то получается, что зарплату не платил он себе сам, ещё будучи генеральным директором. Впрочем, вскоре после его назначения на эту должность получать зарплату перестали все работники предприятия, в том числе и он. Но это его ничуть не смутило.
Более того, за хитросплетением цифр, фигурирующих в иске, скрывалась очередная попытка оболванить и ещё больше загнать в надуманные долги возглавляемое в прошлом им же самим предприятие. Немного забежим вперёд и отметим, что и эта затея господина народного избранника не удалась. Свердловский суд удовлетворил его требования лишь частично — и только на основании справок, предоставленных «Мостостроем‑9». В пользу Микуляка взыскана задолженность по зарплате в размере около 520 тысяч рублей — с юридической точки зрения честно заработанных денежных средств. Хотя о какой честности может идти речь, учитывая всю предысторию его руководства загнанным в банкротство предприятием, до его прихода славившимся ответственностью, в том числе социальной, качеством выполняемых работ и стабильностью.

ВЫ РАБОТАЙТЕ, А Я ЕСТЬ БУДУ

Вызывают любопытство две финансовые позиции, по которым истец требует взыскание. Из трёх с лишним миллионов, требуемых Микуляком к выплате, 1 353 288 рублей составляет заработанная, по его мнению, зарплата и 644 630 рублей — вознаграждение по результатам деятельности за 2013 год.
Что касается заработной платы, то истец с непомерным аппетитом рассчитал задолженность и за период, который не работал в «Мостострое‑9», и за период работы в другой организации — Фонде капитального ремонта многоквартирных домов Иркутской области. Ведь с 3 октября 2014 года Микуляк советом директоров был отстранён от должности генерального директора «Мостостроя‑9», а 16 февраля 2015 года уже был назначен исполняющим обязанности гендиректора фонда. Однако в исковом заявлении Андрей Степанович потребовал выплатить ему зарплату, в том числе с 3 октября 2014 года по 24 марта 2015 года. Стоит отметить, что судебная система в данном случае не сделала скидку на высокий статус истца-депутата, как это часто бывает. На фантазии господина Микуляка суд ответил достаточно безапелляционно, указав в решении: «В период с 3 октября 2014 года по 24 марта 2015 года Микуляк А. С. был отстранён от должности генерального директора на основании принятого советом директоров решения от 3 октября 2014 года.В период отстранения работника от работы заработная плата работнику не начисляется».

СТО ТЫСЯЧ СЮДА —  СТО ТЫСЯЧ ТУДА

А вот вторая сумма, указанная выше, — вознаграждение по результатам деятельности за 2013 год — куда более интересна, и в первую очередь для правоохранительных органов. Трудовым договором с господином Микуляком предусмотрено, что по результатам деятельности за год, при получении обществом прибыли, генеральному директору выплачивается единовременное вознаграждение, равное 2 % от чистой прибыли, но не свыше семи окладов. Обращаясь в суд, Андрей Степанович, не мудрствуя лукаво, решил не вдаваться в подробности бухгалтерской отчётности и балансов предприятия, чтобы выяснить, какова же в 2013 году была прибыль возглавляемого им предприятия. Вероятно, эти цифры не имели для него особого значения, и поэтому он не смог их вспомнить. Решив не мелочиться, он потребовал выплатить вознаграждение по максимуму, равное семи его окладам — 644 630 рублей. Никакого документального обоснования, как вы уже, наверное, догадались, при этом представлено не было.
Судья Латыпов же, рассматривавший гражданское дело, не позволил себе так вольно обращаться с цифрами. И запросил в ходе судебного разбирательства в налоговой инспекции сведения о прибыли «Мостостроя‑9» за 2013 год. Налоговый орган на судебный запрос сообщил, что прибыль в 2013 году составила 7 млн 158 тысяч рублей. А 2 % установленного вознаграждения от указанной суммы составляют вовсе не 644 630 рублей, требуемых Микуляком, а 143 160 рублей. Дальнейшие события, произошедшие в процессе, можно смело отнести уже не к гражданскому, а к уголовному жанру.

ФАЛЬСИФИКАЦИЯ? НЕ ВОПРОС!

На этом, казалось бы, господину Микуляку следовало успокоиться и отказаться от дерзкой затеи с вознаграждением, а заодно и от исковых требований. Тем более что вознаграждать-то по факту не за что. Но наш герой не из тех, кто бросает дело на полпути. Вслед за информацией о прибыли предприятия, представленной налоговой, в дело поступает копия приказа о поощрении работника Микуляка (вознаграждение за 2013 год) в сумме 143 160 рублей. Копию представляет представитель истца Кашникова Е. В., она же её и заверяет. На законное требование суда представить оригинал документа с её стороны следует отказ.
— Мы сразу после представления в материалы дела копии приказа заявили о фальсификации доказательств, — рассказывает юрист «Мостостроя‑9» Андрей Шипков. — В принципе, мы чего-то подобного от Микуляка ожидали. У него условие по вознаграждению —  2 % от чистой прибыли, но не выше семи окладов. Свой оклад он знал — его и предъявил. А так как судом был истребован баланс, то Андрей Степанович, так сказать, переобулся в прыжке и на ходу изменил исковые требования.

САМ СЕБЯ ВОЗНАГРАДИЛ

На вопросы суда о происхождении приказа, заданные после заявления о фальсификации доказательств, представитель Микуляка чёткого ответа дать не смогла, дала пояснения, что заверила копию, не видя подлинника. Приказ, по её мнению, был передан Микуляком в бухгалтерию. Между тем главный бухгалтер «Мостостроя‑9» Арапова Н. А., допрошенная в суде в качестве свидетеля, пояснила, что такой приказ никогда не издавался, соответственно в бухгалтерию не передавался и начисления по нему не производились.
Подозрительной была и сама форма документа. Ведь все подобного рода приказы предприятия издавались на фирменном бланке «Мостостроя‑9» в простой письменной форме, имели порядковые номера, а главное — были утверждены председателем совета директоров «Мостостроя‑9». Этот же «подкидыш» был составлен по форме, утверждённой Госкомстатом РФ, не имел порядкового номера и председателем совета директоров утверждён не был. Ну а подписан этот чудо-документ был, о чём несложно догадаться, самим Андреем Степановичем.

УГОЛОВНАЯ ВОЛОКИТА

Фальсификация доказательств по гражданскому делу образует состав преступления, предусмотренного статьёй 303 Уголовного кодекса РФ. Только вот, к сожалению, законы в нашей стране часто существуют лишь на бумаге, не работая на деле. Так и с чудо-приказом Микуляка. Деяние совершено, судебным решением подтверждено, а уголовное возмездие никак не случится.
16 июля 2015 года «Мостострой‑9» обратился в следственный отдел по Свердловскому району с заявлением о привлечении Микуляка А. С. к уголовной ответственности. Однако данное ведомство не ограничилось проведением формальной проверки и отпиской о том, что состав преступления не установлен, как это обычно бывает. Следственный отдел пошёл дальше и письмом от 20 июля 2015 года за № 03–23–15 вовсе отказал в регистрации обращения и проведении проверки, мотивируя это тем, что органы Следственного комитета не могут подменять деятельность суда по оценке доказательств. Возникает уместный, на наш взгляд, вопрос: а зачем тогда в Уголовном кодексе существует статья 303? Судя по ответу, как разумеет следственный отдел по Свердловскому району, она является не более чем ошибкой законодателя.
24 августа 2015 года, после вынесения судебного решения, «Мостострой‑9» повторно обратился в правоохранительные органы. Но заявление безвозвратно (несмотря на многочисленные попытки выяснить его судьбу) затерялось в следственных кабинетах.

УКРАЛ? ВОРУЙ ДАЛЬШЕ!

Недавно по этому делу было подано третье заявление, и только оно, по утверждению Андрея Шипкова, дало хоть какой-то промежуточный результат. Лишь спустя год с момента подачи первоначального заявления первый отдел полиции Иркутска вызвал представителей «Мостостроя‑9» для дачи пояснений. Однако не стоит обольщаться и надеяться на то, что следователи на этот раз сделают всё по совести, а главное — по закону. Сложно сказать, чем объясняется поголовная близорукость сотрудников правоохранительных органов, к которым попадают заявления в отношении господина Микуляка, причём не только по данному эпизоду. В период губернаторства Сергея Ерощенко можно было бы объяснить это явление приятельскими отношениями Андрея Степановича и Сергея Владимировича. Ан нет! Губернатор сменился, а позиция следователей осталась прежней.
Ещё одно возможное объяснение — высокий статус народного избранника, бывшего мостостроевца. Быть может, именно он оказывает на государевых слуг такое парализующее действие. А если так, то можно предположить, что заявлениям в отношении господина Микуляка путешествовать по кабинетам дознавателей и следователей осталось всего-то тройку лет. Ведь в 2018 году срок его полномочий как депутата Законодательного Собрания Иркутской области подойдёт к концу. А вероятность переизбрания, учитывая заработанную им в скандале с обанкроченным «Мостостроем‑9» репутацию, крайне ничтожна. Только вот граждане, знакомые с этой историей, хотели бы понять, почему в нашей стране законы работают столь избирательно. И почему, чтобы расследовать уголовное дело в отношении подозреваемого депутата, правоохранителям требуется пара-тройка лет раскачки? И, наконец, что за страну мы построили на развалинах СССР, где система работала по принципу «украл — в тюрьму!»?
Евгения Конева

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить









ПРИМИ УЧАСТИЕ В ВЫПУСКЕ ОЧЕРЕДНОГО НОМЕРА

Яндекс.Метрика