«То, что возможно в Иркутске, невозможно
ни в одном другом городе России»
В. Распутин

Проблема, связанная с ростом недоверия граждан РФ к судам, становится всё острее. Оставаясь актуальной, она освещается не только на страницах нашей газеты. Жители Иркутска пачками приносят в редакции жалобы, оставленные без удовлетворения квалификационной коллегией судей. Кому-то в судебном заседании откровенно нахамят, кому-то откажут в приобщении доказательств, сфабрикуют протокол заседания, перепечатают с дискеты следователя постановление об аресте или намеренно затянут сроки рассмотрения дела. Наверное, многое при желании можно было бы объяснить, но то, что в редакцию предоставил один из наших читателей читатель, на наш взгляд, заслуживает особого внимания. Назовем нашего читателя Алексеем.
Начнём с того, что, по заявлениям юристов, существующая система отбора в судьи достаточно жёсткая. Проверяя документы при назначении на должность судьи, вспоминают даже неуплаченный несколько лет назад штраф за превышение скорости. Тем не менее, проверка не мешает пополнять суды личностями с сомнительной репутацией.

Что необходимо, прежде всего, для решения задач, не сколько связанных с осуществлением правосудия, сколько с реализацией интересов личных, корыстных.
Так вот, случилось Алексею побывать в здании Иркутского районного суда. Увидев на дверях кабинета табличку, он был крайне удивлен тому, что правосудие в нем вершит федеральный судья Екатерина Маслова. Но удивлен он был не столько тем, что Маслову назначили судьей, а тем, что она вообще работает в правоохранительных органах. Алексей рассказывает, что когда он работал простым опером в УВД г. Иркутска, вместе с ним служил начальником «убойного отдела» (отделения МОМ по борьбе с тяжкими преступлениями против личности) капитан милиции Михаил Жигулин. Перевелся Жигулин туда в 2000 году из Ленинского РОВД г. Иркутска. В «убойном отделе» он познакомился с молодым следователем прокуратуры этого же района Екатериной Масловой, впоследствии ставшей его супругой. Работая в прокуратуре, Екатерина расследовала раскрытые Жигулиным тяжкие преступления против личности – бандитизм, разбои, убийства. «Как все мы думали, — пишет Алексей, — у супругов был общий профессиональный интерес – борьба с преступностью, служение закону. Однако события, произошедшие в декабре 2000 года, заставили взглянуть на семейный дуэт по-другому.

СЕМЕЙНО-КРИМИНАЛЬНАЯ ТАЙНА

6 декабря 2000 года Михаил Жигулин был задержан при получении пяти тысяч долларов США, которые затребовал от гражданина Гарусина, фигуранта одного из уголовных дел об убийстве. Позднее его сослуживцы узнали, что Жигулин, пользуясь полученной на своей работе оперативной информацией, совершил дерзкое мошенничество. Согласно приговору суда, Жигулин в сентябре-октябре 2000 года, намереваясь обманным путем получить с предполагаемого подозреваемого в заказном убийстве крупную сумму денег, привлек в помощь своего приятеля, неоднократно судимого представителя преступного мира, Д. Казявина. Затем он придумал и реализовал план, по которому заставил гражданина Гарусина поверить в то, что если он не передаст Жигулину пять тысяч долларов США, то его «упекут» за организацию убийства своей компаньонки. Именно за такую сумму муж следователя прокуратуры Масловой пообещал «отмазать» преступника от заказного убийства. Однако, Гарусин, будучи убежденным в своей невиновности, отказался идти на поводу у мошенника и обратился в ВС РУБОП. На этом и закончилась криминальная история главного «убойщика Жигулина», не проработавшего на новом месте и года. Посадить «чужого – среди своих» у порядочных оперов и следователей дело чести. Да вот только на этот раз «посадки» не получилось. Именно потому, что преступление было тщательно спланировано. Вряд ли можно предположить, что помогал Жигулину в организации преступления только малограмотный уголовник Казявин. С трудом верится, что оперативник Жигулин (не имеющий юридического образования) при подготовке и реализации преступления не нуждался в необходимых ему консультациях.
Необходимо учесть, что совершено такое лиходейство было под боком у лучших сыщиков «убойного отдела» и следователей прокуратуры г. Иркутска, на счету которых раскрытие дерзких и громких преступлений, ликвидация десятков матерых преступников.
Как вы думаете, кто же был наставником Жигулина в подготовке его криминальных планов? Не знаете? Вот и я не знаю. Однако сложно представить, что жена не посвящалась в планы преступления, что на кухне не обсуждались хотя бы детали готовящегося преступления и, тем более, что жена, следователь прокуратуры, даже не заподозрила неладного. Как говорится, воздастся по делам нашим, господи. Ну, а что же суд земной? А земной суд, свершившийся под председательством судьи Анатолия Лухнева, признал Михаила Жигулина виновным в попытке мошенничества и назначил ему наказание в виде 5 лет лишения свободы…, правда, условно.

И В ОГНЕ НЕ ГОРИМ, И В ВОДЕ НЕ ТОНЕМ…

А что же его супруга — Екатерина Маслова? А она продолжила свою карьеру в органах прокуратуры: в 2000 году была переведена помощником прокурора Иркутского района, а с 2005 года стала заместителем прокурора этого района. Предусмотрительно разведясь с Жигуновым после задержания, продолжала проживать с ним совместно. Конечно, это её личное дело, и обсуждать это совершенно некорректно. Да, если бы Екатерина Маслова в 2006 г. не решила стать судьей, чтобы от имени государства судить таких же мошенников, как и ее бывший супруг. Знаете, это, по меньшей мере, не совсем правильно, судить людей за те же преступления, что совершил близкий ей человек. Даже совсем не потому, что Маслова по профессиональным качествам чем-то уступает другим судьям. Напротив, ее характеризуют как очень грамотного специалиста. Но, тем не менее, считаю, что беспристрастность и независимость и судей, и работников прокуратуры гарантируется именно безупречной репутацией.
Вы можете с уверенностью сказать, что, будучи работником прокуратуры, Маслова не обивала пороги своих коллег с просьбой заступиться за пойманного с поличным на рабочем месте мужа. Ее служебное положение и стаж работы в прокуратуре вполне позволяли обращаться с такими просьбами. Поверьте, отказать сослуживцу в неформальной просьбе бывает крайне сложно. Чем иначе можно объяснить то, что после своего разоблачения Жигулин был трудоустроен не куда-нибудь, а на руководящую должность в милиции и даже исполнял обязанности начальника районного отдела милиции (ГОМ-1 Октябрьского РУВД г. Иркутска). После осуждения Жигулин без особых проблем устроился на другую государеву службу – в МЧС РФ, где недавно был даже награжден знаком «За заслуги». Тем более, что прокуратура полностью одобрила такие назначения. А чем можно объяснить такую мягкую позицию государственного обвинения, при которой пойманного с деньгами начальника «убойного отдела» осудили условно? Почти все следствие он находился на свободе. Необходимо заметить, что по десяткам аналогичных дел прокуратура требует неминуемого ареста «оборотней» и осуждения к реальным срокам, несмотря ни на малолетних детей, ни на положительные характеристики. А как же принципы справедливости и равенства всех перед законом? Интересно, примерив на себя мантию, судья Маслова стала такой же милосердной к своим подсудимым? Но это уже тема отдельных публикаций.

КАДРЫ ЛУХНЁВА РЕШАЮТ ВСЁ!

А кто же хлопотал за назначение Масловой федеральным судьей? Во-первых, основную роль в проверке кандидата на должность федерального судьи проводит квалификационная коллегия судей. А вот здесь — внимание! Как ни странно, все это время в ее состав входил сам Анатолий Лухнев, милосердно осудивший мужа своей будущей коллеги. Ранее А. Лухнев даже возглавлял квалификационную коллегию судей. Во-вторых, кроме заключения квалификационной коллегии, кандидату в судьи дается заключение от такого авторитетнейшего ведомства, как ФСБ. Что, и там просмотрели? Возникает вполне резонный вопрос: почему такой факт был скрыт Лухневым и спецслужбами от других ведомств, через которые проходят документы кандидата на должность судьи, в конце концов, от самого президента страны, указом которого 26 августа 2006 года № 918 Маслову наделили полномочиями? Простите, но ответы здесь напрашиваются сами собой. Всё чаще и чаще в средствах массовой информации упоминается о том, что круговая порука судейского сообщества основана на том, что судьи районных судов, вопреки Конституции РФ и законам, полностью подконтрольны своим «кураторам» и председателям, звонки которых в нашей стране, к сожалению, влияют на дело сильнее любых доказательств. Совершенно очевидно, что самым лучшим средством воздействия на любого чиновника является шантаж, а значит, в случае отказа выполнить нужную просьбу всегда можно применить шантаж. Ведь при такой кадровой политике в судах, для того чтобы «по закону» втоптать в грязь человека, либо, наоборот, когда понадобится «по закону» освободить от ответственности нужного человека, определенным структурам либо руководству суда достаточно только намекнуть Масловой либо другому судье на старый должок, и все будет исполнено в лучшем виде. Судья при этом превращается в послушную «шестерку», и про независимость тут даже вспоминать как-то неуместно.
У президентов России уже стало модным говорить о необходимости принятия на ответственные государственные должности граждан с чистой и безупречной репутацией. Сегодня своего назначения на должность судьи ожидают десятки и сотни профессиональных юристов, готовых верой и правдой служить не покровителям-коррупционерам, а государству, обществу и закону. Нам же, гражданам, остаётся лишь ждать, когда воцарившуюся в судах атмосферу правового нигилизма сменит долгожданный дух правосудия и всеобщего равенства перед законом.

М. Неустроев

Добавить комментарий

Комментарии  
#1 Елена Гнатко 19.01.2015 21:42
м. Неустроев, позвоните мне, т. 89148929041. судя по вашим публикациям. есть о чем поговорить
Цитировать