Слово «психиатрия» в сочетании с другими словами даёт нам много привычных словосочетаний, которые образуют уже давно устоявшиеся понятия, например, «подростковая психиатрия», «судебная психиатрия», есть даже «карательная психиатрия» и т. д.
Редакция «Народного контроля Сибири» предлагает ввести в научный обиход новое понятие – «чиновничья психиатрия», ни в коей мере не претендуя, правда, на открытие самого феномена, хорошо известного всем, кто хоть раз вступал в переписку или личные контакты с чиновниками. Вспомните хотя бы бессмертного Аркадия Райкина с его юмореской, где от героя требовали справку, подтверждающую его принадлежность к мужскому полу, а также справку о том, что ему нужна справка.
Этот наш материал посвящён одному из разделов чиновничьей психиатрии, а именно нарушению мышления у самых высокопоставленных чиновников Иркутской области. В частности, поговорим о разорванности мышления, обратившись для начала к справочной литературе по заявленной теме.

Итак, «разорванность мышления – специфическое шизофреническое расстройство, которое может проявляться симптомом мимо-ответов, когда произносятся фразы, которые сами по себе не лишены смысла, однако не находятся в логической связи с задаваемым вопросом. Например, на вопрос о том, как он спит, больной сообщает: “Вчера весь день шёл дождь, но лично мне больше нравятся ромашки». Публикуемые здесь документы могут служить классическим иллюстративным материалом для симптома мимо-ответов, ярко проявившемся сразу у всего Правительства Иркутской области — этакое коллективное чиновничье помешательство.

ИСТОРИЯ ВОПРОСА

В августе этого года иркутянин, инвалид 1-ой группы по зрению Валентин Гаврилов обратился с заявлением к председателю комитета по борьбе с коррупцией в Иркутской области Ю. А. Гуртовому. Публикуем извлечения из его заявления:

Уважаемый Юрий Александрович!
У меня есть подозрение, что между определённой структурой Министерства социального развития, опеки и попечительства Иркутской области и лабораторией по изготовлению глазных протезов Красноярского межотраслевого научно-технического комплекса (МНТК) «Микрохирургия глаза» существует сговор и взаимодействие по выкачиванию из бюджета Иркутской области весьма завышенных сумм на бесплатную выдачу инвалидам глазных протезов.
Я потерял левый глаз, а заодно и зрение полностью в июле 1957 года. Длительное время замена протеза обходилась от 1 руб. 40 коп. до 2 руб. 60 коп. и финансовых трудностей для инвалида не представляла. Но вот в 90-е годы цены становились раз от раза всё более и более неподъёмными, и инвалиды стали в массовом порядке обращаться в областную соцзащиту за компенсацией в связи с покупкой протеза производства Красноярской лаборатории.
Помнится, в ту пору добиться возмещения расходов на покупку глазного протеза или выделения необходимой суммы в предварительном порядке стоило инвалиду немалых трудов и настойчивости. Порой приходилось даже до самого Семёна Викторовича Крутя подниматься. Особенно если речь шла об оплате пластмассового, более дорогостоящего, протеза.
Но вдруг, лет примерно 4 или 5 тому назад, все инвалиды по зрению, ранее трудно пробивавшие своё право на более качественный пластмассовый глазной протез, получили любезное приглашение воспользоваться услугами лаборатории по изготовлению для каждого из них индивидуального протеза. Но самое удивительное было в том, что скряжистая до невозможности облсоцзащита стала оплачивать эти дорогие протезы беспроблемно.
Предлагая нам индивидуальный глазной протез, лаборатория не скрывала, что стоит он до 6 тыс.400 руб., но нам ни во что не обойдётся, так как за нас расплатится или областная соцзащита, или Фонд социального страхования. Я знал, что в то время искусственный хрусталик, вставляемый в глаз после удаления катаракты, стоил 2 тысячи с чем-то (отечественный, иностранные – конечно, дороже). Меня поразила эта несоразмерность цен: хрусталик, требующий для своего изготовления чистейшей, прозрачнейшей пластмассы и точности обработки поверхности едва ли не 10-го класса точности, стоил немногим более 2 тысяч, а несколько граммов самой обычной пластмассы, которой не нужна ни прозрачность, ни точность обработки, ибо она в данном случае исполняет лишь декоративную, косметическую роль, обойдётся бюджету в 3 раза дороже.
Наверное, только Прокуратура заставит объективных экспертов выявить настоящую стоимость производства (не продажи) хрусталика, вставляемого в глаз для более острого зрения, и глазного протеза, скрашивающего дефект лица. Я могу обратиться и в Генпрокуратуру, но Ваше обращение окажется несравнимо более весомым. Поэтому убедительно прошу Вас, Юрий Александрович, принять необходимые с Вашей точки зрения меры и дать ход моему заявлению.

ДУШЕВНОЕ РАСТРОЙСТВО ИЛИ …

На заявление Валентина Фёдоровича Гаврилова, адресованное председателю комитета по борьбе с коррупцией в Иркутской области Гуртовому Ю. А. и зарегистрированное Службой по работе с обращениями граждан секретариата губернатора Администрации Иркутской области 19 августа 2009 года, 16 сентября 2009 года был дан ответ № 04-38-4687/9, подписанный заместителем Председателя Правительства Иркутской области А.П. Моисеевым. Приводим основные фрагменты этого документа:

Уважаемый Валентин Фёдорович!
Правительство Иркутской области рассмотрело Ваше обращение по вопросу обеспечения инвалидов глазными протезами и сообщает следующее.
Далее следуют ссылки на законодательство РФ, регламентирующее порядок обеспечения инвалидов средствами реабилитации, которые по смыслу абсолютно не имеют ровно никакого отношения к вопросу В. Ф. Гаврилова, но окончание ответа А. П. Моисеева принимает совсем уж неожиданный поворот:
По информации Иркутского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации Вы, Валентин Фёдорович, обратились с заявлением и индивидуальной программой реабилитации в филиал № 1 Государственного учреждения – Иркутского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации 21 мая 2009г. и были обеспечены индивидуальным глазным протезом 25 мая 2009 г.
Блестящий мимо-ответ!
Вернёмся к началу нашего материала и зададим простой вопрос:
- Уважаемые члены Правительства Иркутской области и персонально Александр Петрович Моисеев, как всем вам спалось сегодня?
И если первым вашим побуждением будет желание ответить всем нам про дождик или ромашки – срочно к психиатру!
Все мы, жители Иркутской области, всерьёз обеспокоены вашим душевным здоровьем, тем более, что вам вверена такая огромная по территории область и, если вы будете и дальше подобным образом чудить, то ничем хорошим это для всех нас не закончится.

ЛЕЧИТЬ ЧИНОВНИКА ИЛИ УЧИТЬ…

Сложно сказать, что для налогоплательщика затратнее — лечить чиновничьи душевные расстройства или научить их отвечать на вопросы, на наш взгляд не такие уж сложные. Как бы там ни было, вопрос, затронутый иркутянином, инвалидом по зрению Валентином Гавриловым по весьма уважительной причине так и остался без ответа. И нас, признаться, как и В. Гаврилова, заинтриговала проблема: почему кусочек пластмассы весом в несколько граммов, который стоил не более трёх рублей, стоит сейчас более 6 тысяч рублей, в то время как сверхпрозрачный, ювелирно сработанный искусственный глазной хрусталик стоит меньше в несколько раз? Нет ли здесь, как предполагает В.Ф. Гаврилов, преступного сговора производителя с госструктурами, отвечающими за реабилитацию инвалидов?
Не из праздного любопытства спрашиваем, деньги-то государственные, то есть наши!
Похоже, ответ на этот вопрос мы получим не скоро, так как задал его Валентин Фёдорович весьма не вовремя, как раз в период осеннего обострения (ответ датирован 16-м сентября). Душевные же болезни, впрочем, как и государственные, лечатся с трудом и подолгу.
Нам же, гражданам, остаётся только дожидаться наступления ремиссии, чтобы повторно обратить внимание поправившихся чиновников на изложенные факты. А то, как бы не пришлось здание Правительства вместе с его обитателями перепрофилировать в факультетскую клинику нервных болезней Медицинской Академии для прохождения практики студентами по курсу психиатрии и повышения квалификации врачей-психиатров.

Юлиана Терехова

Добавить комментарий