Главная

Сходить в аптеку и не разориться: какие ловушки заложены в цены на лекарства?

Почему в аптеках все меньше дешевых лекарств? Есть такое понятие «жизненно необходимые и важнейшие лекарственные препараты». На этой неделе правительство, кстати, расширило этот список. Так вот, на эти лекарства у нас цены регулируются. Государство старается эти цены сдерживать. Что понятно и разумно.

Но издержки-то на производство лекарств растут. И в конце концов иногда оказывается так, что такое производство не дает прибыли или дает даже убыток. И, конечно, бизнес старается ускользнуть от производства лекарств себе в убыток. И аптеки не хотят занимать полки дешевыми лекарствами, если выгоднее продавать дорогие.

Здесь еще одна тонкость есть: аптечные менеджеры, бывает, берут мзду за размещение лекарств на полках. А с дешевых лекарств что возьмешь?

Нужен очень серьезный и честный диалог государства и бизнеса. У нас ведь практически нет полного цикла производства лекарств. Многое закупается за границей. Но если импортные составляющие лекарств дорогие, значит, нужно организовать российское производство. Если у бизнеса здесь есть проблемы, значит, государство должно помочь кредитами, льготами, закупками для больниц. Не бином Ньютона — это решаемая задача. Надо только помнить о тех очень небогатых и не очень здоровых людях, которые, стоя у аптечных прилавков, подсчитывают деньги в своих кошельках.

Цена мази порядка 100 рублей. В аптеке нет, но тут же провизор предлагает аналог — дороже в 5 раз. Тот случай, когда ждать и правда дороже будет. Для здоровья. Здесь понятно: сколько бы ни стоило, лекарство купят. Потому все чаще на прилавки попадают дорогие препараты. Аптекари и производители заключают так называемые маркетинговые контракты.

«Производитель платит за то, чтобы быть представленным на аптечной полке. Если ты не заплатил, то этот входной билет тебе не достается, на эту полку становится твой конкурент. И сегодня крупные торговые сети, небольшие зарабатывают больше не с продажи медикаментов, больше прибыли не с продажи, а именно с этих маркетинговых контрактов. То есть с откатов, которые аптекам платят поставщики, заводы-изготовители», — поясняет глава НИИ организации здравоохранения и медицинского менеджмента Департамента здравоохранения города Москвы Давид Мелик-Гусейнов.

Конечно, точные расценки никто назвать не может. Лишь порядок — около ста тысяч рублей за один препарат, в одну аптечную точку, на два-три месяца. Дополнительные платные услуги — право первого предложения, когда провизор предлагает покупателю из всего ассортимента именно то лекарство. И здесь, конечно, дорогу дорогим. Иначе не выгодно. Отследить такие контракты практически невозможно. Это бизнес — что хочу, то и продаю. В перечень жизненно-важных входит 600 препаратов. Цена регулируется, но вот ассортимент — лишь частично.

«Как правило, в аптеке содержится от 2 до 6 тысяч лекарственных препаратов и медизделий. На сегодняшний день контроль осуществляется за наличием минимального ассортиментного перечня — это 50-60 наименований. Они в аптеке должны быть обязательно. За этим следят контролирующие органы», — говорит начальник Управления контроля за реализацией государственных программ в сфере здравоохранения Росздравнадзора Виктор Фисенко.

Если этих препаратов не будет, аптеку могут лишить лицензии. Но здесь прямо по киноклассике, достаточно одной таблетки, точнее упаковки, на случай проверки. А так, не для ревизии, а для широкой публики все чаще дорогие аналоги.

Сегодня рынок разделен: половина регулируется — фиксируемые цены и надбавки, вторая половина препаратов — в свободном плавании. То есть наценка может быть любая, хоть 100%. Нередко так и получается, что из-за наценки перекупщиков один и тот же набор лекарств, одного производителя, с одним сроком годности, в соседних аптеках по стоимости отличается в разы.

В регулируемый перечень входят жизненно-важные лекарства. Схема такая: производитель регистрирует цену в Минздраве, повышать ее потом не может, далее оптовая наценка, фиксированная — в среднем 10% (в зависимости от региона). И здесь неважно, сколько посредников: хоть один накрутит свои 10 процентов, хоть 10 перекупщиков по одному проценту. Далее еще одна накрутка — розничная — 15% от стоимости.

Низкий спрос — не покупательский — аптек и дистрибьюторов приводит к тому, что производители недорогих лекарств сначала снижают выпуск. А потом и вовсе останавливают конвейер.

«К сожалению, ряд препаратов, производившихся в Российской Федерации, ушли с рынка, на их смену пришли белорусские, турецкие препараты. Российскому фармпрому это нанесло определенный ущерб. Мы уже бьем в колокола, чтобы государство обратило внимание на этот вопрос, чтобы система ценообразования все-таки была рыночной, а не регламентированной», — сказал генеральный директор Ассоциации российских фармацевтических производителей Виктор Дмитриев.

Получилось так, что когда в условиях рынка зафиксировали цену на лекарства, побочный эффект проявился не сразу. Но заметили все, что недорогие препараты все чаще стали встречаться только на бумаге, а не на полках.

Например, в аптеках Екатеринбурга, как уверяют провизоры, препарат Вазапростан не найти. Лекарство для тех, у кого хронические заболевания артерий. Само по себе дорогостоящее — порядка 1000 рублей. А заказать можно только аналоги, гораздо дороже. Так все чаще можно услышать от провизора аптекарское слово «дефектура» — это когда препарат днем с огнем не сыщешь.

В Хакасии проблема с другим препаратом. Нет, он вовсе не снят с производства, просто практически не доходит до региона.

«Дипроспан, к примеру, появляется раз в 2-3 месяца, маленьким количеством, то есть 10-20 упаковок приходит. Он ставится тем, у кого ревматоидный артрит и аллергии. Но 20 упаковок на город — это нисколько. Людям проходится долго ждать, они не могут получить помощь», — говорят в аптеке.

И так уже больше года, говорят сотрудники аптеки. Как только завозят, раскупают в считанные часы. По словам экспертов, в подобных случаях, когда дело касается жизненно-важных препаратов, нередко проблема все из-за той же наценки. В регионах она отличается. И, скажем, если в одном — 8%, в соседнем — 10, то весь товар дистрибьютор отправит туда, где можно больше накрутить. Такая вот битва за проценты.

В Федеральной антимонопольной службе говорят: конечно, просто так взять и заставить дистрибьюторов и аптеки работать с недорогими препаратами нельзя. Это рынок, они просто могут разориться. Важно сделать так, чтобы стало выгодно продавать недорогие препараты.

«Сейчас у нас есть поручение правительства РФ, и мы в рамках его исполнения разрабатываем новую систему оптовых и розничных надбавок. Речь идет о том, чтобы убрать этот мотивирующий механизм продажи наиболее дорогих лекарственных препаратов. О чем идет речь? О том, чтобы перевести оптовые и розничные надбавки с процентов в абсолютные цифры», — сказал начальник Управления социальной сферы и торговли ФАС России Тимофей Нижегородцев.

То есть предлагают сделать наценку на единицу товара. Неважно, сколько стоит сто рублей или тысячу — заработать можно будет одинаково. Бизнес будут не заставлять работать с дешевыми лекарствами, а мотивировать. И только тогда мы сможем вернуться к привычному: спрос рождает предложение. А не наоборот, как сегодня: что навязывают в аптеке, то и бери.

Источник

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить









ПРИМИ УЧАСТИЕ В ВЫПУСКЕ ОЧЕРЕДНОГО НОМЕРА

Яндекс.Метрика